КОММЕНТАРИИ
В обществе

В обществеБлагие намерения

4 МАРТА 2013 г. ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА

ИТАР-ТАСС
Благими намерениями, как известно, вымощена дорога в ад. У большевиков были очень благие намерения: истребить зависть, злобность и причину их — частную собственность, и построить рай на земле. Вместо рая они построили ГУЛАГ. Но у них были благие намерения.

У европейских социал-демократов очень благие намерения: дать всем, вне зависимости от уровня интеллекта, работоспособности, порядочности и пр. — право голоса, еду, жилье, пенсию, медицинское обслуживание и образование.

То есть построить все тот же бесплатный рай на Земле, с той только разницей, что большевики предполагали, что частной собственности не будет вовсе, а социал-демократы предполагают, что частная собственность все-таки будет. Она будет у отвратительного и подлого класса жадных индустриалистов, которые, как пчелы мед, станут производить тот национальный продукт, каковой хорошие социал-демократы будут затем изымать у тех, кто работает, и отдавать тем, кто не работает, в обмен на голоса.

Эта прекрасная картина упирается в две проблемы: во-первых, кто будет работать, если выгоднее не работать? А во-вторых, какова, собственно, общая стоимость этой социальной поддержки?

Я часто слышу вопрос: «Да, мир достиг такого уровня развития, что работающие легко могут прокормить неработающих. Неужели тебе жалко денег им на еду?».

Так вот. Во-первых, по поводу еды. Имеется же в виду не хлеб с водой. Благие намерения требуют, чтобы паразит не просто питался, а достойно питался. Минимальная европейская пенсия составляет 500 евро. Человек, который всю жизнь работал на низкооплачиваемой работе, получит 500 евро. Беженец в Голландии, который не работал ни минуты, получит на руки около 600 евро. На еду. Это немаленькие деньги. В Китае подушевой ВВП составляет 500 долларов.

Во-вторых, кроме еды нужно и жилье. Жилье в современном мире — одна из самых серьезных статей расхода для любого зарабатывающего человека.

Я знаю на Западе массу людей — медсестер, шоферов, горничных, которые работают с утра до вечера и не могут позволить себе купить жилье. Но вот если они не будут работать — они получат его бесплатно!

Мне могут сказать: это жилье худшего класса. Думаю, что любой, кто видел западное социальное жилье, согласится, что оно сильно больше по метражу хрущевских пятиэтажек. Правда, жильцы очень часто превращают это жилье в опасную для жизни клоаку: шприцы в подъездах, поножовщина, разбитые лампочки, зассанные улицы и загаженная лужайка перед двухэтажным коттеджем, который сердобольное английское государство выделило наркоманке с тремя детьми. Но ведь, согласитесь, тут государство уже бессильно.

Жилье — это уже не «500 евро в месяц». Это уже 100-200 тыс. евро, которых нельзя дать паразиту, не отняв у работающего, в том числе и того, который работает всю жизнь, но сам себе жилье не может позволить. Хорошо, когда паразит один, а работающих десять. А когда паразитов будет десять, а работающий один?

В-третьих, кроме жилья, нужно еще и образование. Современная европейская тенденция — это тенденция уравнения и снижения уровня образования. Это опять замечательные благие намерения: давайте дадим каждому ребенку, вне зависимости от среды, благосостояния родителей, уровня подготовки и уровня интеллекта, шанс на достойное образование.

Проблема заключается в том, что принцип всеобщности и равенства не ведет к достойному образованию, а, наоборот, ему препятствует. Первое, что усваивает ребенок при всеобщем, бесплатном и равном образовании, — что он имеет право все получать, а не добиваться самостоятельно.

Ничто так не развращает и не действует так гибельно на 7-8-летнего ребенка, как понимание, что он может прогуливать, хамить, воровать, нюхать клей в туалете и бить вон того Васю, который, сука, много о себе думает и интересуется математикой, — и ему ничего не будет. Его никто не выкинет из школы, и он будет 11 лет учиться ничего не делать.

В результате школы разделяются на два вида. Один — де-факто элитарные, в которые происходит отбор детей. И другие — которые выпускают люмпенов. Выпускают людей, презирающих образование и образованных, но знающих, что им все должны.

Бесплатное и равное образование — это ужасающая несправедливость по отношению к талантливым детям, которые не только не получают образования в полном объеме в том возрасте, когда знания усваиваются особенно хорошо, но становятся жертвами террора со стороны маленьких люмпенов. И это ужасающая несправедливость по отношению к тем, кто мог бы действительно вырваться из социальных низов, если бы ему с детства, в школе, как и дома, не давали понять, что учиться не надо, работать над собой не надо, а надо унижать и топтать тех, «кто много о себе воображает».

Траты на образование — это уже не «копейки на еду». Общество тратит миллиарды не на то, чтобы вырвать людей из социальных низов, а, наоборот, чтобы с помощью всеобщего и бесплатного образования не дать им оттуда вырваться.

И, наконец, четвертое и самое сложное. Медицина. Будем откровенны: для того чтобы человек за семьдесят жил полноценной жизнью, он должен тратить минимум 5-10 тыс. долл. в год на медицину — просто на проверки, для начала.

Поговорка «Здоровье не купишь» безнадежно устарела. Здоровье — именно купишь. Не всегда, но часто.

Современные клиники — это высокотехнологичные производства, где создается высокотехнологичный товар под названием «здоровье».CTscanне может быть бесплатным. Лекарство от рака не может быть бесплатным. Уже сейчас есть лекарства, которые действуют только при определенном ДНК. Скажем, лекарство от рака, которое действует замечательно, но всего на 4% населения с такими-то генами.

Конечно, можно сказать, как авторы манифеста Occupy Wall Street, что плохие корпорации производят лекарства, которые продают за деньги, и приказать распределять данное средство от рака бесплатно. Но ведь следующего средства не будет.

Хирург учится всю жизнь, чтобы стать хорошим хирургом. Конечно, можно сказать, что в связи с бесценностью человеческой жизни он должен работать бесплатно. Вот дворник должен получать деньги, потому что это несмертельно — не убирать двор, а хирург, который учится всю жизнь, должен работать бесплатно.

Но ведь стент, который ставит хирург, бесплатно не добыть. И титановый сустав не может быть бесплатным. То есть можно, конечно, пойти дальше и обязать компанию, которая производит эти суставы, поставлять их бесплатно, но она тогда вовсе перестанет работать. И никто не продаст ей титан.

Проблема заключается в том, что жизнь — особенно после определенного возраста — стоит очень дорого. Вы хотите, чтобы ваши родители были живы и здоровы? Вы хотите быть живы сами? Приходится платить.

При этом с медициной возникает та же несправедливость, что и с жильем. Главными жертвами бесплатного жилья для неимущих являются не миллиардеры с виллами. Главными жертвами бесплатного жилья для неимущих является бедные люди, которые работают много, но не могут себе позволить жилья, которое тем, кто не работает, положено бесплатно. То же самое с медициной: самые большие деньги в США за медобслуживание платят не безработные, которым все покрывает страховкаMedicaid. Самые большие — совершенно безумные — деньги платит как раз тот, кто получает, скажем, 2000 долл. в месяц.Medicaidему не положена, полной страховки у него нет, и за случайный визит в госпиталь ему придется выложить 10 тыс. долл., которые он будет выплачивать десять лет.

Но самая главная проблема с медициной следующая. Во-первых, стоимость высокотехнологичного товара под названием «здоровье» будет только расти. Цена Iphone будет падать, а средняя цена каждого следующего года жизни будет только расти. Во-вторых, медицина — это действительно та область, где лечить можно только всех. Современный госпиталь — это конвейер. Вы не можете на одном конвейере собирать для одного клиента «мерседес», а для другого «жигули». Вы не можете давать лекарство, которое действует на 4% пациентов, только тем, кто согласен за него платить. Оно не окупится никогда. Вам надо сделать так, чтобы все 4% оплачивали лечение.

И это и есть самое главное. Если вы посмотрите, каков совокупный объем трат на медицину, образование, жилье и достойное питание, то вы увидите, что совокупный объем этих трат как раз примерно совпадает с тем количеством денег, которое зарабатывает представитель среднего класса.

И это означает, что если человек говорит «мне должны» и не работает, то современное общество просто не может обеспечить себе нормального уровня жизни, который оно могло бы обеспечить, если бы работали все, кроме, разумеется, тех, кто действительно не может работать по объективным причинам, а не потому, что политикам хочется набрать голоса избирателей за счет обещания им халявы, которой вымощена дорога в ад.

Самая простая и печальная правда про социализм, в любом его виде, — это то, что при значительном числе нахлебников люди живут гораздо ниже того уровня, который они могли бы достичь. Конкретные люди, сидящие на игле халявы, не получают того развития как личности, которое они могли бы получить, если бы их не приучили сызмальства к социальному наркотику, а все общество — в том числе те, кто трудится — имеет гораздо более низкий уровень медицинского обслуживания и меньшую продолжительность жизни, чем могло бы.

Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Фомичев

.

Версия для печати
 



Материалы по теме

Монахи научат детей семейной жизни // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Прямая речь //
В СМИ //
Прямая речь //
В СМИ //
О кризисе медицинского образования // ЯРОСЛАВ АШИХМИН
Перспективы социальной политики // ЕВГЕНИЙ ГОНТМАХЕР
Группа риска: новые горизонты // АЛЕКСЕЙ КУЗНЕЦОВ
Успех дебилизации // ИГОРЬ ХАРИЧЕВ
Проверка на дорогах // БОРИС КОЛЫМАГИН