Итоги года
18 декабря 2018 г.
Итоги года. Ведома зверушка
10 ЯНВАРЯ 2016, НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ

ТАСС

В начале 2015 года было убийство Бориса Немцова. В конце — заочный арест Михаила Ходорковского и обыски у сотрудников «Открытой России».

В промежутке между этими событиями уложились и «заморозка» ситуации в Донбассе, и начало бомбардировок в Сирии, и крушение самолета в Египте, и конфликт с Турцией, и драматическое для нашей экономики падение нефтяных цен, и демонстративное уничтожение санкционных продуктов, и робкий, верноподданный, но бунт дальнобойщиков.

К концу года, на пике зимы плюс вырисовывался только один — на градуснике за окном.

Если предыдущий, 2014-й, был для действующего российского режима годом бури и натиска, то в 2015-м настало время собирать разбросанные камни. Западный мир, расколовшийся было после Крыма, пришел в себя и теперь демонстрирует вполне хладнокровную реакцию и на непредсказуемую, иррациональную активность Москвы, и на ее милитаристскую риторику. Которая, кстати говоря, теперь слышится уже не из Кремля, а только из студий федеральных телеканалов, т.е. рассчитана уже не на внешнюю, а исключительно на внутреннюю аудиторию.

Не оправдалась и в значительной степени иссякла без взаимности припадочная влюбленность в Китай, а вместе с ней ушли и разговоры о пресловутом «повороте на Восток». Разумеется, организации, в названиях которых присутствует слово «Евразия», продолжают получать сладкие гранты, но это уже имеет отношение не к политике, а исключительно к приобретающему все более ажиотажный характер денежному распилу.

Еще раньше, с осознанием полного и безоговорочного тупика на Украине, заглохла и исчезла из повестки культовая еще совсем недавно тема Новороссии.

Т.е. ушли, хотя и дутые, но большие и привлекательные стратегические бренды, им на смену явилась полная пустота. Какой-то Башар Асад, какая-то исламистская организация, которая, впрочем, как заявил недавно Путин, «дело второстепенное». А первостепенное — наше экзистенциальное противоборство с Америкой, сражение нашего чистого путинского добра с их черным обамовским злом — как-то потерялось на фоне переговоров, поисков компромиссов и вообще очевидной потери драйва.

В какой-то мере драйв поддерживается «холодной войной» с Турцией, но Турция – не Америка, масштаб противостояния на глобальную судьбоносность не тянет. Главное — даже вместе взятые добрый друг Асад и злой предатель Эрдоган со всей очевидностью не в состоянии долго удерживать даже сильно подсаженное на пропагандистскую иглу население у телеэкранов.

А больше предложить нечего. Силовая группировка, пришедшая полтора десятка лет назад к неограниченной власти в России, в принципе неспособна к конструктивным действиям. Это не глупость — просто другой ум. Их профессия — бороться с врагами. Поэтому, чтобы оправдать свое существование и нынешние необъятные полномочия, они должны создавать и находить врагов — внешних и внутренних. И с этой задачей они справляются успешно, демонстрируя немалый креативный потенциал. Но государственная стратегия — не их конек. Печальная правда про пирожника и сапожника известна давно, и никто ее не отменял.

Ярких, крымоподобных, способных зажечь миллионы сердец внешнеполитических прорывов нет и не предвидится. Как не предвидится даже слабый свет в конце длинного тоннеля экономического кризиса. Сама по себе ситуация не была бы критической, если бы работали горизонтальные и вертикальные сдержки и противовесы, институты, которые призваны смягчать, распределять, выпускать социальное напряжение. Однако в отсутствие реальных выборов, парламента, суда, прессы, профсоюзов, общественных организаций, авторитетной Церкви, ответственных регионов режим не имеет стабильной опоры. Вся стабильность опирается на рейтинг первого лица, который, в свою очередь, держится на популистской пропаганде, продающей гражданам его блистательные виктории словно в одном бесконечном рекламном ролике. И когда это пропаганда начнет терять эффективность, рейтинг пойдет вниз и стабильность потеряет единственную точку опоры.

К конце года власть будто слегка очухалась после долгой и приятной вечеринки и стала проявлять признаки озабоченности и растерянности. Явно усиливается запретительно-репрессивная составляющая. Главная причина — конкретно кончаются деньги, и взять их неоткуда, кроме как у населения и кроме как через повышение налогов.

А это чревато вполне определенными социальными последствиями. К тому же при уменьшении пирога активизируются большие, приближенные к трону едоки. Эти бароны-разбойники уже целыми кланами начинают рвать куски, как в последний раз, причем, как в истории с «Протоном», при полном, безвольном попустительстве государя.

Данный фактор — назовем его коррупционным, хотя это определение слишком академичное и вялое – также воздух в стране не озонирует и к социальному оздоровлению не приводит.

Вообще режим сейчас напоминает странный гибрид Венесуэлы, фашистской Италии и допетровской Руси. И эта зверушка не представляется исторически жизнеспособной.

Серьезные экономисты дают года полтора на то, чтобы принять жесткие, прежде всего налоговые решения, которые позволят властной группировке продержаться еще несколько лет, ничего не меняя принципиально. Но проблема в том, что до президентских выборов 2018 г. Путин на непопулярные меры не пойдет. Скорее будет пытаться дрейфовать, отрубать хвост частями, не трогая до последнего свой ядерный электорат и прессуя, выжимая досуха мелкий и средний бизнес, медицину, образование, культуру. А с другой стороны, не оставляя попытки совершить новый отвлекающий победоносный маневр за пределами российской территории.



Фото: Россия. Тверская область. 7 января 2016. Президент России Владимир Путин (на втором плане) во время Рождественского богослужения в храме Покрова Богородицы в деревне Тургиново. Алексей Дружинин/пресс-служба президента РФ/ТАСС














  • Алексей Макаркин: россияне в целом адаптировались к новому, в основном «пониженному» уровню жизни. Кто-то нашел новую работу, но большинство затянули потуже пояса.

  • Андрей Солдатов, Ирина Бороган: 2017 был годом, когда стало окончательно ясно — старым правилам путинских спецслужб, выработанным в 2000-е, пришел конец.

  • Максим Блант: Децентрализация – это тенденция, которая выходит далеко за рамки интернета.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
2017 – год катастрофических побед
9 ЯНВАРЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В 2017 году произошло сильное сокращение России как страны и как государства. Не в смысле территории, тут России по-прежнему очень много. И не в смысле численности популяции, тут убыль есть, но мизерная, всего по данным Росстата 0,001%. Страна и государство скукожились по сути своей. Уменьшился внутренний масштаб России. Поясню. У Толстого есть простая формула, позволяющая оценить масштаб человека с помощью дроби, в числителе которой то, что он собой представляет, а в знаменателе то, что он о себе думает. Если попробовать использовать нечто подобное для характеристики страны и государства, то в числителе будет сумма всего того, чего Россия достигла в экономике и политике, а в знаменателе то, что о себе страна говорит по телевизору, и то, что думает о России ее население.
Итоги года. Фейерверк над развалинами
8 ЯНВАРЯ 2018 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Нет сомнений, что Кремль намерен представить победу в сирийской пустыне в качестве главного события минувшего года. Ну нет у нас побед (невидимый рост экономики – не в счет). Так что нам еще предстоит услышать немало победных рапортов военных, жаждущих поощрения высшего начальства, и увидеть бесконечное количество салютов. Подозреваю, салюты будут греметь аккурат до момента, когда Путин утвердится на следующие шесть лет в качестве главного начальника страны.
Итоги года. Годы идут…
7 ЯНВАРЯ 2018 // АНТОН ОРЕХЪ
Годы идут… Очередной год позади не только у страны. С каждым прожитым годом, откровенно говоря, про страну как таковую начинаешь думать все меньше, а про себя и своих близких все больше… От семнадцатого года ждали всяких потрясений. Аналогии уж слишком явно напрашивались. Не просто сто лет революции к этому подталкивали, а все внутри и вокруг страны прозрачно намекало на катаклизмы. Но катаклизмов не случилось. И мы просто прожили еще один год в привычном уже болоте. И именно это чувство меня и огорчает.
Итоги года. Церковь в путах политтехнологии
7 ЯНВАРЯ 2018 // СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК
2017 год отличался небывалым накалом религиозных страстей. Начался он с суда над преподавателем йоги Дмитрием Угаем, обвиненным на основании «пакета Яровой» в незаконной миссионерской деятельности. Участники процесса сломали немало копий, пытаясь доказать — одни, — что никакой миссионерской деятельности не было, а другие — что была, была, это вам только кажется, что вас учат на голове стоять, а на самом деле — погружают в чуждую духовную практику. Угая, к счастью, от обвинений в миссионерстве освободили.
Итоги 2017: сошествие в Ад
6 ЯНВАРЯ 2018 // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Мне трудно выделить итоги по пунктам: первое, второе, третье… Пожалуй, и не произошло ничего такого, что изменило бы заданную годы назад траекторию. Скорее все только усугубилось и ускорилось. Если речь идет о более-менее образованной и самостоятельно мыслящей прослойке, то мы — да, перестали смотреть телевизор. Как бытовой прибор он начисто выпал из обихода, накрыт черной тряпкой, чтобы из него ничего не выскакивало. Однако «паршивец», надо сказать, весьма успешно промыл мозги «широким слоям».
Год величия и апатии
6 ЯНВАРЯ 2018 // АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН
В 2017 году электоральная поддержка россиянами Владимира Путина находилась на очень высоком уровне. По данным Левада-центра, в декабре 2017 года за него готовы проголосовать 61% от всех россиян и 75% от принявших решение идти на выборы. Это делает результат президентских выборов предрешенным. Находившиеся на втором-третьем местах Владимир Жириновский и Геннадий Зюганов, получили, соответственно, 8 и 6% от всех и 10 и 7% от желающих. Видимо, результаты опросов стали одним из основных факторов, заставивших лидера КПРФ отказаться от участия в выборах. Перспектива проигрыша Жириновскому стала реальной – а позволить себе таким образом завершить свою политическую карьеру Зюганов не мог.
Итоги года. Обретение альтернативы
5 ЯНВАРЯ 2018 // МАКСИМ БЛАНТ
Как бы парадоксально это ни прозвучало, но 2017 год стал для меня, уж простите за пафос, годом обретения надежды. Это абсолютно субъективное ощущение, имеющее, тем не менее, объективные основания. Скажу сразу: ни Навальный, ни Собчак, ни даже «оглушительная победа независимых кандидатов» на муниципальных выборах к этому никакого отношения не имеют. Скорее наоборот, все они существуют в той системе, которая доживает последние годы и в которой больше нет жизни.
Итоги года. Суровые годы проходят
5 ЯНВАРЯ 2018 // ЛЕОНИД ГОЗМАН
Есть такой анекдот. Хоронят еврея. Ребе просит кого-нибудь сказать добрые слова о покойном. Все молчат, он настаивает, говорит, что это обязательно. Тогда один из присутствующих поднимает руку: «Я скажу добрые слова. У покойного был брат. Он был еще хуже». Это я про ушедший год, кто не понял.  Это был год Трампа. Америка замерла в ужасе – что будет делать только что избранный президент? Прогнозы были самые апокалиптические. Оказалось, ужас, но не ужас-ужас. Оказалось, что созданная более двухсот лет назад политическая система способна купировать даже Трампа, хотя и не бесплатно – платить и Америка, и мир будут еще долго.
Итоги года. Спецслужбы: 2017
4 ЯНВАРЯ 2018 // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ, ИРИНА БОРОГАН
2017 был годом, когда стало окончательно ясно — старым правилам путинских спецслужб, выработанным в 2000-е, пришел конец. Соперничество неподконтрольных силовых ведомств, превращенных в феодальные вотчины своими руководителями, и такая же средневековая идея «нового дворянства» как российской элиты – все это перестало быть актуальным. В 2017 году Путин окончательно перестал играть с этим постмодернистским проектом (да и само словосочетание «новое дворянство» вышло из употребления) и решил вернуться к схеме, которую он хорошо помнит по временам своей молодости – схеме работы позднесоветского КГБ.
Прямая речь
3 ЯНВАРЯ 2018
Алексей Макаркин: россияне в целом адаптировались к новому, в основном «пониженному» уровню жизни. Кто-то нашел новую работу, но большинство затянули потуже пояса.