Очень требовательный диалог

АР/ТАСС

Путинская харизма, которая подействовала на многих мировых лидеров (в списке жертв специфического «обаяния» российского начальника и американский президент Джордж Буш, и его французский коллега Николя Саркози), не сработала с Эммануэлем Макроном. О чем французский президент предельно ясно сообщил в ходе совместной пресс-конференции, состоявшейся по итогам встречи Путина и Макрона: «Я никогда не считал, что политическая жизнь и дипломатия состоят в том, чтобы объяснять ее элементами термодинамики или личной химии. Цель политики и дипломатии заключается в том, чтобы найти конкретные решения для наших реальных проблем». Между тем, именно на путинскую харизму, а, проще говоря, способность обдурить западных лидеров, делает упор в последнее время отечественная дипломатия. Месяца полтора назад я наблюдал, как в ходе российско-американской конференции представители нашей страны один за другим били в одну точку — противоречия разрешатся в случае встречи лидеров двух стран.

Позицию России можно понять. Как ни крути, отношения с ведущими мировыми державами, за исключением Китая, находятся в тупике. Вопреки расчетам Кремля Запад не смог проглотить аннексию Крыма и секретную войну на Донбассе. Как следует из итоговых документов саммита Евросоюза и G7, санкции никто не собирается отменять. Москва как была, так и остается отрезанной от западных технологий и инвестиций. Забавно, что, выступая в Версале, Путин поведал, что товарооборот с Францией вырос в 2016-м на 14 процентов по сравнению с 2015-м, но забыл сказать, что этот самый товарооборот упал вдвое по сравнению с 2013-м. Выхода из ситуации не предвидится даже в отдаленной перспективе: понимая, насколько шатка ее позиция с точки зрения международного права, Москва в принципе отказывается обсуждать аннексию Крыма. Что до Донбасса, то совершенно очевидно, что Кремль ни при каких условиях не отдаст контроль над границей, позволяющий беспрепятственно длить военный конфликт в соседней стране. В этих условиях российскому начальству остается надеяться, что рано или поздно одержит победу прагматичный цинизм западников (чего сейчас не происходит) или на особые экстрасенсорные способности Путина В.В.

Справедливости ради заметим, что и Запад тоже оказался к настоящему моменту в трудной ситуации: никто не знает, что делать с ядерной державой, постоянным членом Совбеза ООН, если она самым наглым образом нарушает международное право. Поэтому один за другим лидеры западных стран пытаются в диалоге с Путиным найти правильный тон и современный эквивалент политики мирного сосуществования, которая принесла плоды в период предыдущей холодной войны.

Похоже, нынешний раунд этого специфического диалога остался за Западом. Мало того, что Макрон ясно дал понять: никаких личных отношений, а значит, и никакого взаимного доверия. «Мы многие вещи сказали друг другу. Я сказал, что я думаю по ряду ситуаций… Об этом я не буду вам рассказывать, потому что так принято в дипломатии. Но я полагаю, что мы всё друг другу сказали». При этом новый французский президент не менее ясно продемонстрировал, что его подход заключается в том, чтобы предельно конкретно описать «красные линии», нарушение которых повлечет ответные акции. Так по Сирии — это новое применение отравляющих веществ: «Я говорил с президентом Путиным, что с нашей стороны существует красная линия в виде использования химического оружия. Любое использование химического оружия сразу же будет поводом для ответа».

Столь же определенна позиция Франции и по «украинскому кризису»: «По данному вопросу я подтверждаю то, что уже говорил ранее: если понадобится, то санкции, возможно, будут усилены, но только в случае эскалации конфликта на Украине, — заявил Макрон. — Если произойдет деэскалация, то тогда и санкций не будет». «И я желаю, чтобы произошла именно деэскалация», — подчеркнул президент Франции. При этом Макрон сообщил, что решено «в кратчайшие сроки» созвать встречу в «нормандском формате», а перед этим «провести аудит» ситуации на Донбассе на основе доклада ОБСЕ. Что, замечу, вовсе не сулит поддержки российской позиции.

Наконец, Макрон заявил, что договорился с Путиным «отслеживать ситуацию» с правами гомосексуалов в Чечне: «Мы говорили об ЛГБТ в Чечне, а также об НКО в России. Я очень четко указал президенту Путину, чего ожидает Франция по этому вопросу, и мы договорились, что будем регулярно отслеживать ситуацию вместе».

Столкнувшись со столь определенным подходом, Путин на глазах сдул свою харизму. Он попытался вяло сыронизировать по поводу подчиненной роли Франции в антитеррористической коалиции (это отголосок любимой путинской темы о том, что западноевропейские страны отдали США значительную часть своего суверенитета). Потом ожидаемо заявил, что санкции никак не помогут нормализации ситуации на Украине. «Хочу поблагодарить вас за ваш вопрос, — вдруг снизошел он к одному из журналистов. — Вы спросили, как санкции против России помогут нормализации кризиса на юго-востоке Украины. Никак не помогут». А затем с нехарактерной для российского лидера патетикой вдруг призвал журналистов бороться за отмену всяческих санкций и ограничений: «Я обращаюсь к представителям СМИ: боритесь за отмену всяческих ограничений в мировой экономике. Только отмена всяких ограничений, свободный рынок и свободная конкуренция, честная, не обремененная политическими соображениями и конъюнктурными инструментами может помочь развитию мировой экономики и способствовать решению таких задач, как борьба с безработицей и повышение жизненного уровня наших граждан».

Похоже, что проверенных бойцов кремлевского пула даже обидело то, что главный начальник не пожелал заступиться за них, когда Макрон исчерпывающим образом описал состояние отечественной журналистики. Когда корреспондент RT France (французского отделения канала Russia Today) стал жаловался на «определенные сложности» с получением доступа к предвыборному штабу Макрона, французский президент не стал скрывать своего отношения к российским государственным СМИ: «Если кто-то распространяет клевету, то это уже не журналисты. Russia Today и Sputnik распространяли ложную информацию и клевету».

При этом в ходе пресс-конференции участники не обращались друг к другу, ведя собственные монологи. Точно по законам чеховской драматургии. Таким, видимо, и будет теперь «требовательный диалог», обещанный Путину Макроном.

 




Фото: 1. Франция. 29 мая 2017. Президент Франции Эммануэль Макрон и президент РФ Владимир Путин (слева направо) во время встречи в Версале. AP/ТАСС












  • Сергей Цыпляев: При всех наших амбициях мы не являемся глобальной державой и должны сосредоточиться на обеспечении собственной безопасности...

  • «Коммерсант»: ШОС обретает дополнительный смысл своего существования — как гарант региональной стабильности перед лицом внешних происков и угроз...

  • М. К. БХАДРАКУМАР: Иными словами, AUKUS - это большая ставка Австралии на политику США. А что, если через три года в Белый дом войдет кто-то вроде Дональда Трампа? 

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Прямая речь
23 СЕНТЯБРЯ 2021
Сергей Цыпляев: При всех наших амбициях мы не являемся глобальной державой и должны сосредоточиться на обеспечении собственной безопасности...
В СМИ
23 СЕНТЯБРЯ 2021
«Коммерсант»: ШОС обретает дополнительный смысл своего существования — как гарант региональной стабильности перед лицом внешних происков и угроз...
В блогах
23 СЕНТЯБРЯ 2021
М. К. БХАДРАКУМАР: Иными словами, AUKUS - это большая ставка Австралии на политику США. А что, если через три года в Белый дом войдет кто-то вроде Дональда Трампа? 
Холодная война в теплых морях
23 СЕНТЯБРЯ 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Никуда не уйти от того факта, что на огромный Индо-Тихоокеанский регион надвигается цунами новой холодной войны. Вашингтон и Пекин взяли курс на прямое противостояние. Однако эта новая глобальная конфронтация представляется совершенно иной, нежели первая холодная война. Уникальным является то, что главные антагонисты – Китай и США –в то же время важнейшие экономические партнеры друг для друга, поэтому представить между ними прямое военное столкновение (а именно оно и лежит в основе концепции холодной войны) довольно трудно. Пока что сформировавшиеся в регионе альянсы выглядят скорее как клубы по интересам
«Выборы» по сирийской модели
15 СЕНТЯБРЯ 2021 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Путин и Асад: что они натворили в Сирии. Президентские «выборы» в России-2024: сирийский опыт. Заблокированы сайты «УГ» и досье на кандитатов от МБХ: на что теперь смотреть? Сколько стоит один голос политического пролетария? 86 лет назад, 15 сентября 1935 года, по Нюрнбергским законам полмиллиона немецких евреев были лишены гражданства и государственным символом Германии стала свастика. Закон о гражданине Рейха, принятый 15 сентября 1935 года, разделил население Германии на граждан, «принадлежащих к немецкой или родственной крови», и подданных государства, «принадлежащих к расово чуждым племенам».
Прямая речь
15 СЕНТЯБРЯ 2021
Алексей Малашенко: Основная задача России сейчас – остаться в Сирии. Россия всё время говорит, что она великая держава, но нигде, кроме как на Ближнем Востоке, показать это не получается...
В СМИ
15 СЕНТЯБРЯ 2021
"Коммерсант": О состоявшихся в понедельник переговорах Владимира Путина и Башара Асада пресс-служба президента РФ сообщила лишь утром следующего дня.
В блогах
15 СЕНТЯБРЯ 2021
Воександр Братерский: Молния Башар Асад обещал Владимиру Путину обеспечить трехдневное голосование в Сирии и на Голанских высотах !
Картежники, или История нежной мужской дружбы
10 СЕНТЯБРЯ 2021 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Путин и Лукашенко опять сыграли в дорожные карты — кто выиграл? «Я попросил вас подъехать, Александр Григорьевич». С этих барских слов Путин начал публичное общение с Лукашенко перед очередной, уже пятой по счету в этом году, встречей с президентом Беларуси. Так он обращается к своим холуям, бывшим охранникам, которых он назначает губернаторами. Никогда раньше Путин не мог позволить такой стиль общения с Лукашенко. Теперь Лукашенко проглатывает все, или почти все, и послушно кивает.
Прямая речь
10 СЕНТЯБРЯ 2021
Константин фон Эггерт: Главное для Владимира Путина – получить формализованное согласие на создание российских военных баз на территории Беларуси...