Что делать?

В начале 90-х в парламенте и на заседаниях правительства России чаще всего звучал вопрос «Что и как делать?». Как закупать хлеб за рубежом, когда казна пуста, а кредитов не дают? Как защитить от разворовывания деньги вкладчиков частных банков? Как дать предприятиям настоящих хозяев взамен чиновников, для которых имущество госпредприятий — ничейное? За деньги, как в Англии? Или как в Германии — за одну марку плюс контракт на реконструкцию предприятия? А может, за ваучеры, как в Чехии? Как правильно сформулировать закон об акционерных обществах? И т.д. и т.п.

Это теперь есть масса специалистов с опытом работы в развитых странах. У нас рынок и полки магазинов забиты товарами. Но это «капитализм для своих». Мы платим дань новым дворянам, как когда-то наши предки платили дань хану Батыю. Мы не интересуемся, как и на что власть имущие тратят собранные нами в складчину деньги. На пушки или на школы?

Но мы твердо знаем, что для власть имущих закон не писан, он создан лишь для нашей острастки, чтобы мы не «возникали». Мы знаем, чего можно ждать от «карманного» суда. Себя мы в большинстве своем считаем людьми маленькими, от которых ничего не зависит… И все же придет время, когда наступит Перестройка-2. В том, что это время наступит, нет сомнения.

Россия, лишившись нефтяных сверхдоходов и западных кредитов, поссорившись с цивилизованным миром, утвердив у власти казнокрадов, стремительно проваливается в нищету. Предприятия закрывается, бизнес чахнет, капитал утекает. Если за период с 2008 года развивающиеся страны дали прирост экономики в 40%, то Россия — только 1,5%. Цены растут, уровень жизни падает.

Но когда-нибудь мы вновь сделаем попытку модернизации страны, постараемся обеспечить верховенство права и обуздать коррупцию. И тогда активные граждане, избранные в новый перестроечный парламент, столкнутся с тем, что они не знают, как переделать страну. Как переписать законы, как обеспечить должное их применение, как уйти от подданнической культуры к культуре гражданского участия. Будущие депутаты будут не в курсе зарубежного опыта, но им придется голосовать за новые законы. Как?

К сожалению, молодые политические активисты мало знают о правилах жизни в развитых странах. Почему и как парламент там контролирует действия президента, а не наоборот? Почему граждане не могут утаить коррупционные доходы? Как граждане контролируют расходы госбюджета? Может ли простой гражданин в суде выполнять функции прокурора, обвиняющего преступника? А может ли он подать гражданский иск в защиту общественных интересов и даже получить в случае выигрыша премию? Вопрос, почему в других странах нет обманутых дольщиков, а у нас они выходят на Красную площадь, ставит нас в тупик. Очень часто нам не хватает элементарных знаний. Помочь их приобрести и призвана новая рубрика «Что делать?».




все материалы сюжета

Зависимость россиян от телевизионной пропаганды   очень высока. ТВ —  главный конструктор реальности и самый авторитетный источник. Потому что информация  подается от имени государства, власти. Способность кремлевских пропагандистов навязать свое толкование событий держится на определенной тактике: перед этим создается атмосфера неопределенности и тревоги, дискредитируются все другие позиции, а лишь затем предлагается своя интерпретация. Причем она строится как единственно возможная. Нынешний режим присвоил себе роль арбитра, который трактует события с точки зрения «интересов большинства».

11 ИЮНЯ 2018, ПЕТР ФИЛИППОВ

У историков и этологов противоположное восприятие автократических и тоталитарных государств. Для историка эти многоступенчатые иерархические образования — достижение разума, блестящей организации гениальных царей и полководцев. Они возвышаются над организациями прочих племен и народов, как египетские пирамиды над барханами песка. Для этолога — это примитивные, основанные на инстинктах самообразующиеся структуры, разросшиеся до гигантских размеров. И построили их не гении, а паханы.

Даже в развитых странах власть нередко сосредоточена в руках руководителей олигархического типа, которые возглавляют крупные политические партии и связаны с мощными профсоюзными, банковскими, культурными и культовыми лобби. Олигархическая власть всегда стремится ограничить свободы граждан. Ее идеал – когда граждане являются просто зрителями политических игр, послушно голосуют за кандидатов, предварительно отобранных по партийным процедурам, в которых у граждан нет права голоса. Реальная демократия олигархам не нужна.

Гражданское общество — это такое общество, где граждане способны объединяться для защиты самых разных своих интересов (от интересов жителей дома, квартала, города, региона, страны до интересов представителя пола, профессии, социальной группы, меньшинства и т.д.). Гражданское общество автономно даже от «государства открытого доступа к разного рода занятиям», то есть демократического государства без «крыш» и обязательной дани чиновникам. Государства, где представители власти не жулики, воры и взяточники, а подконтрольные обществу менеджеры. С таким государством гражданское общество самым тесным образом взаимодействует.

Что значит нести ответственность за себя? Это сознание того, что напрасно перекладывать на чиновников заботу о себе и своей семье. Что личный успех и благополучие связаны с результатами именно твоего труда и творчества! Однако нежелание проявлять самостоятельность – ярко выраженная черта современных россиян. Она порождает социальный инфантилизм: мол «мы люди маленькие, пусть решает начальство». Вспомните картину: Иван Грозный сидит на троне, а у его ног распластались подданные. Там выражена вся суть сохранившегося до наших дней российского, советского и нынешнего «служилого государства», подданные которого и сегодня в большинстве своем считают наилучшей армейскую организацию государства. Жалование, койка в казарме, накормят, оденут, думать ни о чем не надо.

Зарубежные политологи называют «русской институциональной, или московитской системой (матрицей)» традиционное российское самовластие императора, генсека или несменяемого президента. Как показали результаты недавних выборов президента, восприятие такого самовластия стало частью российской политической культуры. Социальный капитал россиян соответствует этой авторитарной форме правления. Не обладая навыками самоуправления, они вручают себя и свою жизнь «верховному правителю» или его назначенцам.

Средний американец в семь раз богаче среднего мексиканца, в десять – среднего жителя Центральной Америки или России и в сорок раз – жителей Мали, Эфиопии или Сьерра-Леоне. Это справедливо и для группы богатых развитых стран Европы, Канады, Австралии, Японии, Сингапура, Южной Кореи и Тайваня. В богатых странах у граждан лучше здоровье и образование, живут они дольше. У них есть доступ к тому, о чем жители бедных стран могут только мечтать – от отпусков до перспектив карьеры. Жители богатых стран ездят по хорошим дорогам, у них есть электричество, канализация и водопровод.

Авторитарная вертикаль власти всегда работает с искажениями – при любом, самом квалифицированном президенте. Хотя вера в «доброго царя, который все решит», по-прежнему доминирует в ментальности россиян, но понятно, что один человек, даже с самыми благими намерениями, не может контролировать полтора миллиона российских вороватых и коррумпированных чиновников. А посланные президентом контролеры нередко входят с казнокрадами в долю. Яркий пример беспомощности властной вертикали с президентом во главе – строительство петербургской «Зенит-Арены», которое контролировал лично президент Путин.

На Камчатке Законодательное собрание увеличило пенсии чиновников и депутатов в 2,5 раза. Остальных граждан повышение не коснулось. Почему? Потому что на всех денег в казне не хватит. А чиновникам и депутатам заботиться надо о себе, а не о бедняках всяких. Когда совести нет, работает хватательный инстинкт.

23 АПРЕЛЯ 2018, ДМИТРИЙ ФУРМАН

Формально при распаде СССР и «соцлагеря» все бывшие коммунистические государства провозглашали сходные или просто тождественные цели – построение демократических правовых обществ с рыночной экономикой. Но в реальности развитие посткоммунистичеких стран пошло разными путями. Различия посткоммунистического развития России и центрально-европейских государств, включая и страны Балтии, очевидны и имеют принципиальный и качественный характер. Центрально-европейские страны пошли по пути создания правовых демократических политических систем, однотипных с давно сложившимися в странах Западной Европы и Америки, в которых в рамках единых правил игры борются разные политические силы и осуществляется ротация власти.

 (1/10)  Вперед